Ты письмо мое, милый, не комкай…

Ахматова Анна

Ты письмо мое, милый, не комкай.
До конца его, друг, прочти.
Надоело мне быть незнакомкой,
Быть чужой на твоем пути.

Не гляди так, не хмурься гневно,
Я любимая, я твоя.
Не пастушка, не королевна
И уже не монашенка я —

В этом сером будничном платье,
На стоптанных каблуках…
Но, как прежде, жгуче объятье,
Тот же страх в огромных глазах.

Ты письмо мое, милый, не комкай
Не плачь о заветной лжи.
Ты его в твоей бедной котомке
На самое дно положи.

Continue reading

Стихийная осень

Стихийная осень
приходит в наш город
внезапно,
как правило, утром,
когда остановки
трамваев
пусты и безлюдны,
но листья уже опадают.
Стихийная осень
заполнит пространство
стихами,
и вихрь многоточий
наполнит сознанье
словами:
Сентябрь,
Октябрь,
Ноябрь…
Стихийная осень…

© Глухов Сергей

Continue reading

Поздняя весна

Осветив черепицу на крыше
И согрев древесину сосны,
Поднимается выше и выше
Запоздалое солнце весны.

В розовато-коричневом дыме
Не покрытых листами ветвей,

Весь пронизан лучами косыми,
Бьет крылом и поет соловей.

Как естественно здесь повторенье
Лаконически-медленных фраз,
Точно малое это творенье
Их поет специально для нас!

О любимые сердцем обманы,
Заблужденья младенческих лет!
В день, когда зеленеют поляны,
Мне от вас избавления нет.

Я, как древний Коперник, разрушил
Пифагорово пенье светил
И в основе его обнаружил
Только лепет и музыку крыл.

Заболоцкий Николай

Continue reading

Уста Абдулла

Жил да был в древние времена могучий шах. На границе своих владений построил он много крепостей и башен. Каждую крепость возводил новый мастер, а потом шах убивал его, потому что боялся, как бы тайны его укреплений не проведали враги. Одного мастера он велел сбросить с башни и распустил молву, дескать, сам упал. О другом сказал, будто ему на голову свалился камень. Словом, перебил шах всех мастеров в своих землях, и в один прекрасный день, когда надумал он построить еще одну башню, слуги не могли сыскать ни одного мастера.
В те времена жил на Исфаганской земле знаменитый каменщик по имени уста Абдулла. Дошла и до него весть, что шах хочет строить башню. Подумал он, подумал, позвал жену и сказал ей:
– Слыхал я, что шах перебил всех своих мастеров, а теперь днем с огнем ищет каменщика. Пойду-ка к нему. Поможет аллах, полажу с ним. Тогда жди меня, вернусь с богатством. А если не повезет, не смогу сам справиться с делом, пошлю к тебе. Ты уж будешь знать, что надо делать.
Собрал он свое снаряжение и отправился в путь-дорогу. День шел – два стоял, то в обход, то напрямик, день – дорога, отдых – миг, по долинам, по стремнинам, шел он, шел и добрался до владений шаха.
Пришел во дворец. Слуги поймали его и отвели к шаху. Главный стражник выступил вперед и сказал:
– Этот человек не похож на жителя нашего города. К тому же он шел и заглядывал во все двери.
Шах рассердился и грозно спросил:
– Ты кто такой? Зачем пожаловал в мои земли? Уста Абдулла смиренно ответил:
– Я уста Абдулла из Исфагана. Ищу работу. Может, кому-нибудь надо построить дом…
Шах тут же сменил гнев на милость и с любопытством спросил:
– А башню ты можешь построить?
– Могу. И не простую, а волшебную, – ответил уста.
Шах тут же велел дать ему все, что нужно для постройки, и выделить столько людей, сколько потребует мастер.
И начал уста Абдулла работать. А через некоторое время поднялась на границе владений шаха башня, равной которой не было во всем мире. Сделал в ней мастер восемьдесят восемь дверей и на каждой высек надпись о каком-нибудь пороке шаха, которые он исподволь изучал. Однако никто не знал, как открыть эти двери.
Как только башня была готова, уста Абдулла пришел к шаху:
– О великий и могучий шах! Я выполнил твой приказ. Теперь воздай мне, и я отправлюсь домой. Шах рассмеялся.
– Если бы я стал платить каждому мастеру, в моей казне давно не осталось бы ни гроша. Да и зачем тебе деньги? Откуда ты знаешь, что ждет тебя завтра, будешь ли ты жив?
И он подмигнул визирю, дескать, отправь этого дерзкого каменщика вслед за остальными. Визирь в свою очередь сделал знак стражникам, и те тут же подскочили, схватили Абдуллу и поволокли к двери. Понял мастер, что осталось ему жить считанные минуты, и, обернувшись к шаху, сказал:
– Да продлит аллах твою жизнь, о великий и могучий шах, разве ты не знаешь, что в башне, которую я построил, все подземные ходы заколдованы. И тайна их неведома никому, кроме меня. А ты даже не спросил, как и чем открыть восемьдесят восемь дверей…

Шах понял, что уста Абдулла расставил ему ловушку и, убив мастера, он ничего не узнает, и поэтому велел слугам отпустить его.

Continue reading

Хуткунчула

Жили некогда девять братьев, ни отца у них, ни матери. Жили они бедно-пребедно, сами в лохмотьях, и в лачуге у них пусто — ни огню что сжечь, ни потопу унести. Пошли братья наниматься в батраки.
Долго ходили они — никому работники не нужны. Притомились братья, присели у дороги. Идёт по дороге старушка, несёт кувшин с холодной водой. Подбежал к ней младший из братьев — Хуткунчула — и просит:
— Дай нам напиться, бабушка, ради твоих детей!
Подставил он кожаную кружку-матару, и налила ему старушка воды. Хуткунчула сначала братьям дал испить, потом сам напился.
— Кто вы такие, все друг на друга похожие? Куда путь держите? — спрашивает старушка.
— Мы братья, бабушка, идём кусок хлеба добыть! Может, знаешь, не нужны ли кому работники?
— Идите всё прямо да прямо. Через реку перейдёте, к дэву попадёте. Говорят, ему пастухи нужны.
Пошли братья прямо. К вечеру дошли до реки. Река широкая, глубокая, а мостик через реку узкий, ветхий. Перешли братья мостик и попали во владения дэва.
Как завидел их дэв, сам навстречу поспешил. Он нарочно говорил, будто работников ищет,— заманивал к себе людей. Придут к нему наниматься в пастухи, а он — кого живьём съест, кого на вертеле зажарит.
Накормил дэв братьев ужином, уложил спать и сам улёгся. Аежит дэв, не спит — ждёт, когда братья уснут, хочет спящих перебить. Заснули братья, один Хуткунчула не спит, за дэвом следит.
— Кто спит, кому не спится?—спрашивает дэв.
— Мне не спится! — отвечает Хуткунчула.
— А чего тебе не спится?
— Твои гуси гогочут, спать мне не дают.
Пошёл дэв, проглотил всех гусей. Подождал немного и опять спрашивает:
— Кто спит, кому не спится?
— Мне не спится! — отвечает Хуткунчула.
— А чего тебе не спится?
— Твои коровы мычат, спать мне не дают.
Пошёл дэв, проглотил коров. Подождал немного и в третий раз спрашивает:
— Кто спит, кому не спится?
— Мне не спится! — говорит Хуткунчула.
— Чего же тебе не спится? —спрашивает дэв, а сам зубами скрежещет от злости.
— Кони твои ржут, спать мне не дают.
Только вышел дэв во двор, Хуткунчула разбудил братьев и говорит:
— Бежим отсюда поскорее. Дэв нас съесть хочет.
Встали братья, оделись и тихо выбрались во двор. Спрятались там за деревьями и ждут, пока дэв в дом войдёт.
Проглотил дэв коней и вернулся в дом. Подкрался Хуткунчула и запер дверь на задвижку.
Побежали братья к мостику и слышат, вслед им коза кричит:
— Убегают братья, убегают!
Схватил Хуткунчула козу и помчался без оглядки.
Услышал дэв, как кричит коза, кинулся к постели — нет братьев! Бросился к двери — не может открыть! Стал выламывать дверь — никак не выломает! Наконец выломал и погнался за братьями.
Бежит Хуткунчула. Догоняет его дэв, вот-вот настигнет.
Перебежал Хуткунчула мостик и остановился — знает, не ступить громадному дэву на узенький ветхий мостик.
— Сбежал, негодник!—кричит дэв.
— А то нет, разиня!—хохочет Хуткунчула.
Пошли братья дальше, пришли они в город и нанялись конюхами на царскую конюшню.
Почистит Хуткунчула коней, а потом играет с козой. Занятная коза — на все вопросы по-человечьи отвечает!
Услышал царь, как Хуткунчула с козой разговаривает, ушам своим не
поверил. Приказал он отобрать у младшего конюха козу. Побежал Хуткунчула вслед за визирем к царю и говорит ему:
__ Зачем тебе коза, государь? Ты ведь не мужик! Верни мне козу, я тебе ковёр из дома дэва принесу.
— Добудь сначала ковёр, а там погляжу, может, и отдам козу,— отвечает Царь.
Отправился Хуткунчула к дэву. Притаился во дворе и ждёт, когда тот на охоту уйдёт. Только ушёл дэв, пробрался Хуткунчула через окно в дом.
Был у дэва на тахте красивый пушистый ковёр. Хуткунчула утыкал иголками весь ковёр и снова спрятался во дворе.
Вернулся дэв, опустился отдохнуть на ковёр и подскочил от боли. Пересел на другое место и опять накололся. Куда ни сядет — везде колется. Рассвирепел дэв, схватил ковёр и швырнул в окно. А Хуткунчула тут как тут! Подобрал ковёр и бегом к мостику.
Увидел дэв Хуткунчулу и кричит:
— Ах ты, чёртово копытце, опять сыграл со мной шутку?
Погнался дэв за мальчиком, да не успел поймать — перебежал Хуткунчула мостик.
— Сбежал, негодник!—кричит дэв.
— А то нет, разиня! — хохочет Хуткунчула.
Прибежал мальчик во дворец, принёс царю ковёр. Очень понравился царю ковёр, но не вернул он Хуткунчуле козу, одарил только войлочной шапкой.
Завидно стало братьям: у Хуткунчулы шапка новая, а у них старые, рваные. Вот и говорят братья царю:
— У дэва много диковинных вещей. Хуткунчула ловкий, прикажи ем принести ещё чего-нибудь.
— Не верь им, государь,— говорит Хуткунчула,— ничего у дэва больше нет.
Не слушает царь Хуткунчулу. Велит принести все сокровища, какие есть у дэва.
— Хорошо, государь,— говорит Хуткунчула.— Уложу все сокровища в сундук и притащу сюда. Одень только меня мастером имеретином1 и дай плотничьи инструменты.
Вырядился Хуткунчула имеретином, взял пилу, рубанок, долото, топор, доски и пустился в путь. Дошёл он до владений дэва и ходит по лесу. Ходил Хуткунчула, ходил, пока не повстречал дэва.
— Ага, попался Хуткунчула!—кричит дэв злорадно.
— Что ты, какой я Хуткунчула, пропади он пропадом! — говорит Хуткунчула.— Из-за него царь чуть голову мне не снёс! Обещал я сделать царю сундук, который летать будет и вовек не развалится. Влез царь в него, а сундук развалился! Паршивец Хуткунчула все гвозди повытаскал! Попадись он мне, негодник, тут же придушу!
— Слушай, смастери и мне сундук, поймаю Хуткунчулу, засажу в него,— просит дэв.
Хуткунчула сколотил сундук и говорит дэву:
— Ну-ка, полезай, проверим, крепкий ли получился.
Влез глупый дэв в сундук, пнул стенку, стукнул по дну — крепко сколочен.
— А теперь присядь,— говорит Хуткунчула.— Я закрою сундук, посмотрим, сумеешь ли ты выломать крышку головой.
Глупый дэв присел, а мальчик заколотил крышку гвоздями и говорит:
— Не тужи, не горюй, прокачу тебя к царю!
— Опять ты меня провёл, Хуткунчула?—заревел дэв.
— А ты как думал, разиня!—хохочет Хуткунчула.
Ждёт царь Хуткунчулу, не терпится ему посмотреть, какие сокровища принесёт младший конюх.
Вот появился Хуткунчула, подкатил сундук прямо ко дворцу. Обступили сундук царь и его назир-визири. А Хуткунчула взял тем временем большущий кусок каменной соли и залез на высокую чинару, что росла во дворе. Сидит наверху и ждёт, какая будет потеха.
Открыл царь сундук, а оттуда как выскочит разъярённый дэв! Накинулся он на царя и визирей, отправил их в свою ненасытную утробу!
Стал потом дэв искать Хуткунчулу. Слышит, смеётся он где-то наверху. Задрал голову дэв и видит — мальчик на самой верхушке дерева сидит, надрывается со смеху.
— Слушай, Хуткунчула, как ты забрался так высоко? — удивляется дэв.
— Очень просто. Лёг под дерево, положил себе на грудь вот эту глыбу соли — видишь, у меня в руках — и взлетел!
— А мне как забраться на дерево?
— Ложись под дерево. Я сброшу соль. Ты положишь её на грудь и взлетишь сюда.
Разлёгся глупый дэв под деревом. Сбросил Хуткунчула большой кусок соли на него и пробил насквозь. На том и сказке конец.

1 Имеретин — уроженец Имерети — области в Западной Грузии.
2 Хуткунчула — здесь: очень сообразительный (способный спрятаться в пятый уголок)

Грузинская сказка

Continue reading

Никто не увидит

Никто не увидит,
как я прикасаюсь
к тебе,
как трогаю
шею,
бужу наслаждений
порыв.
Так трогает солнце
еще
не растаявший снег,
и ветер
стыдливо
прикрытое
тканями тело.
Никто не увидит,
твоя красота
не для всех,
а ты пробудилась,
раскрылась
навстречу теплу,
энергиям света
и мягким,
ласкающим
с трепетом
теням…

Francua

Continue reading

Козёл-хвастун

Пил козел воду в реке. Напившись, топнул копытом и сказал: – Мне сам волк не страшен!
Услышал это волк и кричит из кустов:
– Эй, Андриев, что ты там мелешь?
– Ах, ваше благородие, да ведь у пьяного и речи пьяные!

Латышская сказка

Continue reading

Озеро Гандзирри

Приехал как-то в Мессину богач. Он был так богат, что и сам толком не знал, сколько у него богатства. Пошёл он прогуляться на берег озера Гандзирри и залюбовался его красотой. А, у богачей такая привычка — уж если им что-нибудь понравится, они непременно захотят купить. Стал богач спрашивать:
— Чьё это озеро?
— Королевское, — отвечают ему. Богач пошёл к королю.
— Ваше величество, не продадите ли вы мне озеро?
— Отчего не продать! — сказал король. — Если сойдёмся в цене, продам.
— Какая же будет цена?
— Да я возьму недорого. Устелите дно Гандзирри золотыми монетами. А потом поделимся — монеты мне, озеро вам.
— Идёт! — воскликнул богач.
Увидев, как легко согласился покупатель, король испугался, что продешевил. Поэтому он поспешно добавил:
— Но я сказал ещё не всё. Монеты должны стоять ребром.
— Нет, ваше королевское величество, это слишком дорого. Пусть монеты лежат плашмя.
— Ребром! — заупрямился король.
— Плашмя! — заупрямился богач.
Так в этот вечер они и не сошлись в цене. Но утром богач увидел восход солнца над озером Гандзирри и прямёхонько побежал к королю.
— Э, ваше королевское величество, пускай будет по-вашему.
А ещё через день богач начал возить монеты. Караван в сто мулов, каждый с двумя перемётными сумками на спине, приходил утром и уходил вечером ровно двадцать дней. На берегу озера выросли золотые горы. Потом монеты стали укладывать на дно.
Король сам следил, чтобы их ставили ребром, плотно одна к другой. Золотые горы быстро таяли, а дно озера Гандзирри сияло теперь, как чешуя золотой рыбки.
И вот в последний день, в последний час, в последнюю минуту, когда богач уже считал озеро своим, оказалось, что не хватило одной-единственной монетки.
— Ну, да это неважно, — сказал богач. — Что там один золотой!
— То есть как это неважно! — воскликнул король. —
Вы что же, думаете, что я отдам такое великолепное озеро даром? Подавайте сейчас же монету!
А по правде говоря, у богача от его богатства ровным счётом ничего не осталось. Однако признаваться королю он не хотел.
— Не стану я гонять целый караван мулов из-за одной монеты, — сказал он. — Если вы так настаиваете, одолжите мне эту недостающую монету.
Теперь уж придётся открыть всю правду до конца. У короля тоже не было ни одной золотой монеты. Пиры да маскарады, да богатые подарки придворным дамам опустошили казну. Королевская казна была пуста, как большой барабан. Но король-то тем более не мог в этом признаться. И он сказал:
— Я король, а не какой-нибудь грязный меняла, чтобы давать в долг. Когда нет денег, не покупают озеро Гандзирри!
Богач очень рассердился.
— Ну, раз так, — крикнул он, — то мне и не нужно ваше озеро Гандзирри. За такую цену я, пожалуй, куплю себе небольшое море.
И богач велел вытащить со дна монеты и погрузить их обратно на мулов.
Так у них ничего и не вышло.
Купил ли богач себе море, — неизвестно. А вот король до самой смерти жалел, что у него в казне не было одной-единственной золотой монеты. Только подумать, ведь он мог стать богатым королём!

Итальянские сказки

Continue reading

Мулла и его жена

Однажды люди собрались, чтобы вызвать дождь. Мулла призвал их сделать приношения в пользу бедных. Услыхала это жена муллы, испекла много хлебов, приготовила обильное угощение и все раздала беднякам. Когда мулла вернулся домой она предложила ему остатки.
Мулла спросил жену:
— От кого ты получила такой вкусный хлеб и халву?
— По твоему призыву я сама приготовила угощение, раздала нуждающимся, а это- остатки,— ответила жена.
Тогда мулла стал ее избивать и приговаривать:
— Не затем я призываю народ к приношениям, чтобы мы готовили, а другие ели, но для того, чтобы другие готовили, а мы ели!

Аварские сказки

Continue reading

Древний рассказ о летучей мыши

Говорят, в один из дней Сулеймен — мир ему — собрал всех птиц, и сказал: «Состарился я, без мягкой постели мне не обойтись. Дайте все по перышку, я сделаю из них постель». Тогда все птицы, что были: в небе, вырвали и дали по перышку Сулеймену — мир ему. Только летучая мышь сказала: «Разве можно дать Сулеймену лишь одно перышко!» — вырвала и отдала все свои хорошие перья. Сулеймен взял ее перья и благословил: «Будь первой среди птиц!» Потом подумал: «Наверное, другие птицы будут смеяться и дразнить ее за то, что она голая»— и молвил: «Ты будешь летать в воздухе по ночам, когда птицы и люди не смогут тебя увидеть». С тех пор летучая мышь летает только по ночам.

Казахская легенда

Continue reading

prev posts prev posts